Лилит: Клятва на крови [Гарри Поттер] - Мара Вран

Вернувшись в комнату, Лилит подошла к окну. Ночной дождь монотонно барабанил по стеклу, скрывая очертания лондонских крыш. План обретал четкие контуры. Ночью она найдет способ спуститься в заброшенные подземелья Блэков. И как только она убедится, что Место Силы все еще активно, ей останется лишь забрать отцовский амулет из своего тайника.

Часы начали обратный отсчет.

Дождавшись, пока шаги на верхних этажах окончательно стихнут, Лилит бесшумно выскользнула в коридор. Ей не нужно было ждать несколько дней, чтобы проверить теорию — инстинкты требовали действий здесь и сейчас. В руке привычно, словно влитая, лежала рукоять подаренного Сириусом кинжала из обсидиана.

Она спустилась на первый этаж, миновала кухню и нашла узкую, затянутую паутиной дверь, скрытую за гобеленом с изображением троллей. Старый, заржавевший замок даже не пришлось взламывать заклинанием: Лилит просто приложила лезвие кинжала к замочной скважине. Темная магия Блэков признала свое собственное оружие, и механизм беззвучно щелкнул.

В лицо пахнуло затхлостью, сырой землей и чем-то металлическим. Лилит зажгла на конце палочки тусклый Люмос и начала спуск по крутой каменной лестнице, уводящей глубоко под фундамент особняка.

Чем ниже она спускалась, тем сильнее становилось давление на барабанные перепонки. Магический фон здесь был настолько плотным, что казался осязаемым. Фред и Джордж были правы: под домом действительно скрывалось Место Силы. Но, достигнув дна и осветив сводчатый каменный зал, Лилит поняла, что этот вариант отпадает.

Здесь, в самом сердце подземелий, протекала черная, ледяная подземная река. Но источник был отравлен. Поколения Блэков веками питали свои темные проклятия и защитные руны из этой артерии, пропитав само Место Силы кровью, паранойей и мраком.

Лилит подошла к кромке воды, чувствуя, как холод пробирается сквозь подошвы ботинок.

Ритуал, описанный отцом, требовал трех дней непрерывной трансформации. Римус должен будет принять звериную форму до полнолуния, пережить сам пик и оставаться волком на убывающую луну, удерживаемый сложнейшей вязью рун и специальным зельем. Его внутренний зверь будет биться в агонии, пытаясь вырваться. Если провести ритуал здесь, пропитанная темной магией земля сведет волка с ума. Он просто разорвет сдерживающие контуры и убьет всех в этом доме.

«Гриммо не подходит», — с холодной ясностью констатировала Лилит, поднимаясь по ступеням обратно.

Был только один выход. Ее собственный дом. Родовое поместье, скрытое от посторонних глаз, в подземельях которого находилась идеальная, нетронутая тьмой ритуальная зала с абсолютной изоляцией. Там можно было безопасно запереть оборотня на три дня.

Но возникла колоссальная проблема. Ее официальным опекуном был профессор Дамблдор. Именно он решал, где она должна находиться ради безопасности Ордена. Как убедить его перевести хотя бы часть людей — или самого Римуса — в ее поместье, не раскрыв истинных мотивов? Дамблдор никогда не санкционирует столь опасный эксперимент с темной магией.

А Римус… Римус откажется первым. Как только он услышит о рисках, о том, что он проведет в форме волка три дня, он наотрез запретит ей даже думать об этом, боясь причинить кому-то вред.

Вернувшись в коридор первого этажа, Лилит остановилась. Ей нужен был союзник. Кто-то достаточно безрассудный, чтобы пойти против профессора, и достаточно преданный Люпину, чтобы рискнуть всем ради его исцеления.

Она бросила взгляд на приоткрытую дверь библиотеки, откуда пробивался тусклый свет камина. Выбор был очевиден.

Сириус сидел в глубоком кресле у камина, вытянув длинные ноги к огню.

Глава 14: Сделка во тьме

Сириус сидел в глубоком кресле у камина, вытянув длинные ноги к огню. Перед ним на низком столике стояла пустая чашка из-под кофе — после вчерашнего он решил держаться подальше от огневиски. Он не спал. Азкабанские кошмары в эту ночь оказались особенно настойчивыми.

Услышав тихие шаги, он напрягся, но, увидев вошедшую Лилит, замер.

Она закрыла за собой тяжелую дубовую дверь, наложила на нее невербальный Муффлиато и только после этого подошла к камину. В неровном свете пламени ее лицо казалось сосредоточенным, почти взрослым. В ней сейчас отчетливо читалась та самая пятнадцатилетняя девушка-стратег, которая умела выживать в любых условиях.

— Не спится? — хрипло спросил Сириус, внимательно наблюдая за каждым ее движением. В его голосе не было вчерашней язвительности. Только осторожность.

— Нам нужно поговорить, Блэк, — тихо сказала Лилит, опускаясь в кресло напротив. — Без свидетелей. Без нравоучений. И без Ордена.

Сириус чуть приподнял бровь. Заинтригованный, он подался вперед, сцепив пальцы в замок.

— Звучит как заговор. Я внимательно слушаю.

Лилит посмотрела ему прямо в глаза.

— Я знаю, как навсегда избавить Римуса от ликантропии.

В библиотеке повисла звенящая тишина. Слышно было лишь, как потрескивают поленья в камине. Сириус моргнул. Его лицо мгновенно потеряло всякое выражение легкомыслия.

— Лилит, — его голос стал низким и опасным. — С такими вещами не шутят. Это невозможно. Дамблдор, лучшие целители Святого Мунго… никто не нашел лекарства.

— Мой отец нашел, — отрезала она, и в ее тоне зазвучала непреклонная уверенность. — Это не просто теория. У меня есть доступ к его записям, формулам зелий и руническим схемам.

Она коротко, но предельно четко изложила суть. Три дня. Трансформация до полнолуния, удержание зверя на пике и закрепление на убывающую луну. Она видела, как расширяются зрачки Сириуса, когда он осознавал масштаб и безумие этой идеи.

— Три дня в форме волка… — прошептал Сириус, проводя ладонью по лицу. — Да его внутренний зверь сойдет с ума от боли. Он разнесет любую клетку.

— Не любую, — Лилит наклонилась ближе. — Гриммо не выдержит. Магический фон здесь отравлен. Но в моем родовом поместье есть ритуальная зала. Она создана для удержания энергии такого порядка. Защита встроена в сами камни.

Сириус долго молчал, переваривая услышанное. Он смотрел на девочку перед собой, и в его взгляде читалось сложное, искреннее восхищение. Она не была ребенком, которого нужно было прятать. Она была оружием, которое решило само выбрать себе цель.

— Римус никогда на это не пойдет, — наконец произнес Блэк. — Ты же знаешь его. Он до ужаса боится кому-то навредить. Как только ты заикнешься о том, что собираешься держать